Лучшим саундтреком к этому фильму могла бы стать песенка Аллы Пугачевой "Я так хочу, чтобы лето не кончалось". Вопль молодого сильного тела, рвущего на себя край звездного неба, - лучшее, на что годится герой Джонни Деппа, Джордж Джанг, альфа и годзилла кокаиновой культуры в Штатах. Джанг, одурманенный калифорнийским медом шестидесятых, плеснувших столько солнца и дури в зрачки, что за золотистыми змейками, навсегда поселившимися под веками, и медельинский наркобарон Пабло Эскобар показался парню, ну, не ангелом, но джентльменом. На этом знакомстве до сих пор жизнеспособному фильму можно дать крест и отправить на свалку. Потому что лето внезапно кончились, ушло куда-то детство, и повалили большие-пребольшие хлопья трезвых, вялых оценок. Если раньше в американском кинематографе клонировали Клондайки, зараженные золотой лихорадкой, то нынче за новым эпосом принято отправляться на юг, в сторону Колумбии. И эта единственная новость в эпическом кино Голливуда, потому что фильм Теда Демме по закону жанра доживет до старости героя, кислого перегоревшего бреда, которым чреваты молодость, могущество, тела жар.